По версии следствия, клиенты BitRiver на протяжении длительного времени перечисляли компании деньги, в отдельных случаях речь шла о миллионах рублей ежемесячно, формально за услуги вычислений и обработки данных. При этом фактическая деятельность этих компаний, по данным следствия, не предполагала использования высокопроизводительных вычислительных мощностей и не требовала услуг дата-центров, утверждают собеседники РБК.
«Авторы этой схемы не оригиналы. Активнее всего такую «налоговую оптимизацию» используют в сферах, где конкретный результат оказанной по договору услуги не существует как физический объект», — сказал РБК Максим Контуганов, адвокат по уголовным делам МКА «Магнетар».
Суть схемы в том, что компании-контрагенты заключали на бумаге договоры об оказании абстрактных «вычислительных услуг», но по факту вычислениями для нужд клиентов никто не занимался, заключенные договоры, по сути, представляли собой инвестиции в майнинг, то есть добычу криптовалюты с помощью сложных компьютерных вычислений, предполагает Контуганов.
С 2025 года майнинг относится к операциям, приносящим доход, и это значит, что с него нужно платить налог на прибыль организации, а в описанной ситуации траты на оказание вычислительных услуг компании ставили себе в графу «расходы», а не в доход, майнинг прятали за абстрактной формулировкой предмета договора возмездного оказания услуг и вместо объекта налогообложения оформляли в качестве расхода, а государство недополучало налоги, сказал Контуганов.
Уголовной практики мало, потому что приговоры по ст. 199.2 УК — явление редкое, сказал Максим Контуганов. Практика же арбитражных судов, сформированная в рамках рассмотрения налоговых споров, очень обширна. Если доказано, что компания заключила фиктивную сделку ради получения налоговой выгоды, в большинстве случаев суды не признают такие операции расходами и удовлетворяют требования налоговой о доначислении налогов и штрафов, знает он.
Подробнее на сайте РБК
